psmirnova1 (psmirnova1) wrote,
psmirnova1
psmirnova1

Category:

Это нетолерантное слово «оккупация»

Это нетолерантное слово «оккупация»
79
Любовь Донецкая
Новейшая история привнесла в жизнь человечества великое множество изобретений, и хороших, и разных, и всяких, но главным и определяющим существующую реальность, пожалуй, можно назвать так называемую толерантность в социальном значении этого слова. С одной стороны, вроде бы ничего плохого нет: терпимость и корректность, а с другой – все в ней плохо, потому что она, по сути, представляет собой «толерантное» название лжи и лицемерия, призванных в сознании людей окончательно стереть хрупкую грань добра и зла, без которой неминуемо происходит расчеловечивание, затем оскотинивание, а предела у этого процесса нет. Потому что падение в бездну бесконечно.
Толерантность как запрет называть вещи своими именами очень понравилась российским «элитам», которые, как известно, благоговеют перед Западом и его изобретениями, видя в нем некую «землю обетованную» и пытаясь в нее проникнуть «хоть тушкой, хоть чучелом».
Конечно, по сравнению с голливудским шиком-блеском родная Россия западопоклонникам совсем не нравится: огромная, непонятная и загадочная страна, проселки и перелески, развалины советских заводов и фабрик, повсюду бродят мрачные, молчаливые и неприкаянные люди, все серо, скучно, дико, чуждо, бедно, неприглядно. Ну что с нее взять? Да все, что есть: газ, нефть, лес – все-таки богатейшая страна мира, и превратить в доллары, с которыми на Западе можно наслаждаться всеми благами и пороками терпимой к любым оплаченным извращениям развитой цивилизации.
И как прекрасно и толерантно звучит, когда ты не выскочка из подворотни, а «элита», не продажная душонка, а индивид с чуть «пониженной социальной ответственностью», не предатель, а «многоходовочник», не гопник и барыга «космического масштаба и космической же глупости», а «эффективный менеджер». И сразу мир расцветает радужными, как на прайд-параде, красками. Здравоохранение и образование не разваливаются, а оптимизируются. Депутаты не слуги народа, как это было при тоталитарном СССР, а законодатели. И даже людоедская и грабительская пенсионная реформа — не реформа (благодаря кремлевской бригаде уже и слово «реформа» стало носить явно выраженный негативный оттенок в общественном сознании), а совершенствование пенсионного законодательства. И страна вовсе не погибает в гибридной оккупации, а – в чем она тогда погибает?
Оккупация – это очень плохое, резкое, грубое слово, еще хуже, чем «геноцид» и «правящий режим», совсем нетолерантное и режущее нежный «элитный» слух. Ведь что такое, например, оккупация в годы Великой Отечественной войны? Это когда немцы на танках врываются в города и села, занимают приглянувшиеся дома, вырубают палисадники, в которых могут прятаться партизаны, убивают собак, чтобы не лаяли, душат чужих кур к праздничному оккупантскому столу, за которым весело жрут, пьют, поют и пристают к местным женщинам. А потом приступают к наведению «орднунга», зачищают всех, кто, по мнению новых «хозяев жизни», в него не вписался, и назначают администрацию — полицаев, старост, бургомистров и прочих представителей новой «элиты», готовых отдаться за «высокие» западные ценности вроде шоколада, шнапса и дойчмарок.
А еще оккупанты оккупируют сознание, когда даже сама мысль о сопротивлении должна стать невозможной. Как говорил один непризнанный австрийский художник, освободивший своих солдат от химеры, которую простодушные люди назвали совестью:
«Надо понимать, что от грамотности русских, украинцев и всяких прочих только вред. Всегда найдется пара светлых голов, которые изыщут пути к изучению своей истории, потом придут к политическим выводам, которые, в конце концов, будут направлены против нас. Поэтому, господа, не вздумайте в оккупированных районах организовывать какие-либо передачи по радио на исторические темы.
Нет! В каждой деревне на площади — столб с громкоговорителем, чтобы сообщать новости и развлекать слушателей. Да, развлекать и отвлекать от попыток обретения политических, научных и вообще каких-либо знаний. По радио должно передаваться как можно больше простой, ритмичной и веселой музыки. Она бодрит и повышает трудоспособность”.
Вот отрывок из меморандума института труда “Немецкого трудового фронта” от 17 ноября 1941 года:
“Будущая экономика России должна не только полностью зависеть в хозяйственном плане от мощной экономики Запада, не только не иметь никакой военной промышленности, но и подвергнуться глубокой структурной перестройке, чтобы, исходя из вполне очевидных политических соображений, народы России никогда не перешагнули определенного жизненного уровня. В России надо позволить работать только таким предприятиям, продукция которых требует для своего производства лишь низкой и средней квалификации.
Закрыть промышленные предприятия, которые предъявляют высокие требования к работающим на них коллективам, как, например, заводы по выпуску оптики, самолетов, локомотивов. С русских не надо требовать квалифицированного труда, чтобы держать их благополучие на этом основании на самом низком уровне. Россиян надо использовать только на добыче сырья, в сельском и лесном хозяйстве, на ремонтных и строительных предприятиях и ни в коем случае на станкостроительных заводах и верфях, на производстве приборов и самолетов”.
Но новая история сменяется новейшей, технологии не стоят на месте, и в наш век интернета и кабельного телевидения уже нет необходимости в громкоговорителях на каждом столбе. Оккупанты могут позволить себе не кататься на танках по порабощенным городам и весям, не душить собственноручно кур и не шарить в кустах в поисках неуловимых партизан. Сейчас главное – найти идейно влюбленных в западные ценности и продажных за «баварское» и дойчмарки (или джинсы, жвачку и доллары, тоже кое-для кого представляющих ценность куда большую, нежели Отечество) местных коллаборационистов, из которых следует набрать штат полицаев, старост и бургомистров, их руками осуществляя свои коварные планы. А управлять ими можно и дистанционно, через оффшорные кубышки, хранящиеся у «вероятного противника» в качестве залога верности и преданности.
Злой гений геополитики, всемирно известный клеветник, лжец и русофоб З. Бжезинский на этот счет высказался следующим образом:
«Россия может иметь сколько угодно ядерных чемоданчиков и ядерных кнопок, но поскольку 500 миллиардов долларов российской элиты лежат в наших банках, вы еще разберитесь: это ваша элита или уже наша? Я не вижу ни одной ситуации, при которой Россия воспользуется своим ядерным потенциалом».
И даже еще более ужасное заявление сделал: «Новый мировой порядок будет строиться против России, за счет России и на обломках России».
А вот какое мнение высказал Джульетто Кьеза, журналист, писатель, общественный деятель, в прошлом московский корреспондент газеты итальянских коммунистов «Унита», который, в отличие от Бжезинского, вовсе не злорадствует, а просто говорит о том, что видит:
«В России правящая компрадорская олигархия, чьи тысячи миллиардов долларов вложены в западные банки и офшоры, находящиеся под неусыпным контролем тех же банков, выступает в роли пособника. Правда, ее терзают противоречия. С одной стороны пьянящий восторг, с другой — чувство тревоги. Восторг от того, что они допущены в святая святых мировых финансов, а награбленные сокровища отмыты от крови и грязи. Значит, мы больше не разбойники с большой дороги! Чувство тоски и тревоги порождается постоянным подозрением, как бы истинные владыки мира сего не отлучили их от своего общества. Боязнь угодить под колесницу Империи превратила новых русских в услужливых приспешников милитаристской экспансии и авантюризма».
Доминик Рикарди, канадский писатель и футуролог, оценил перспективы РФ при продолжении существующего курса и при сохранении существующей ельцинско-путинской системы управления следующим образом:
«…Я предчувствую, что весьма скоро наступит момент, когда русское правительство наберется смелости напрямую спросить у Запада: Чего вы еще от нас хотите? Мы сделали все, что вы хотели. Мы утвердили здесь ваши “либеральные ценности”. Наша экономика — в ваших руках. Наш народ остался без работы и без будущего. Мы — ваши неплатежеспособные рабы. Наше дальнейшее существование целиком зависит от вашей милости и от ваших продуктовых подачек. Так чем вы еще недовольны? Чего вы еще требуете от нас?
И тогда Запад впервые скажет свое заветное слово: «Умрите!» И это будет последнее требование к народам России… И это слово будет произнесено не с ненавистью фанатика, а с холодным расчетом диккенсовского “дядюшки Скруджа”, уже успевшего забыть о существовании своей очередной жертвы и бесстрастно подсчитывающего в уме свои будущие барыши».
Но ведь этого не может быть, врут они все, пугают, то ли враги и русофобы, то ли западные партнеры, пойди тут разберись. Как все-таки простому обывателю трудно найти ту тонкую толерантную грань, которая отличает оккупанта от вероятного противника, а вероятного противника от уважаемого партнера, «эффективного менеджера» от квалифицированного специалиста, а компрадора от патриота. Без помощи останкинского «громкоговорителя на столбе» это порой просто невозможно.  Хорошо, что громкоговоритель есть и непрерывно вещает, что неусыпными трудами кремлевских лидеров – истинных патриотов Отечества, а не всяких раскачивающих государственную лодку бунтовщиков, мятежников и прочих партизан, мы встали с колен, заставили себя уважать и весь мир переиграли.
А разве нет? Россия под нынешним чутким руководством, патриотичным до белого каления, гордо видавшим в гробу все эти дешевые западные заманухи вроде долларов, джинсов, жвачек, вилл, яхт и оффшоров, велика и могуча как никогда.
Никаких переговоров с Японией о Курилах, потому что Курилы наши — и никаких гвоздей. Территориями не торгуем. Ни одного сибирского кедра Китаю – самим надо. Никакой «зависимости экономики России в хозяйственном плане от мощной экономики Запада», ибо импортозамещение нам в помощь. Никаких переговоров и рукопожатий с украинскими неонацистами и никаких памятных досок в городах-героях пособникам гитлеровцев типа разных маннергеймов, потому что нацизм – безусловное зло, с которым надо бороться до полной победы.
И вовсе не закрываются и не пилятся на металл «промышленные предприятия, которые предъявляют высокие требования к работающим на них коллективам», а даже наоборот: заводы и фабрики повсеместно восстанавливаются, а самыми востребованными профессиями становятся инженеры, сварщики, монтажники, конструкторы, химики, строители, технологи, а вовсе не пиарщики, рекламные агенты, менеджеры по продажам и операторы колл-центров.
По телевидению на государственных каналах в прайм-тайм идут образовательные, научные и культурные передачи, без кровожадных новостей ни о чем, низкопробных реалити- и ток-шоу, бандитско-ментовских сериалов с их блатной романтикой и повышающей трудоспособность в режиме 24/7 «простой, ритмичной и веселой музыки».
А образование и здравоохранение у нас лучшее в мире, поэтому чада управленческих «элит» учатся в отечественных школах, сами «элиты» поправляют пошатнувшееся здоровье в районных поликлиниках, а не в каких-то там швейцариях и израилях, недвижимость скупают в Воронеже и Сызрани, а не в лас-вегасах, и капиталы свои хранят не в мутных оффшорах, а в самых надежных в мире российских сберкассах, и уж конечно, не в заокеанских долларах, прах их побери.
Так и движется Россия рывками и прорывами под белым флагом пораженцев в то самое «светлое будущее», которое для нее давным-давно придумали гитлеры, бжезинские и прочие оккупанты, поманившие местных полицаев, старост и бургомистров условным «баварским» и прочими лукавыми прелестями вроде бус и гвоздей, на которые западный мир так щедр для легковерных туземцев.
А «оккупация» — и впрямь очень плохое, ругательное, нетолерантное слово и в приличном, «элитном» обществе непроизносимое, ибо западные партнеры его не поймут, огорчатся и еще, чего доброго, накажут. Поэтому нет такого слова в современном российском лексиконе, как и самой оккупации нет, и коллаборационистов нет, и куры все передушены, и собаки застрелены, и кусты под корень спилены, и «баварского» у старост и полицаев хоть залейся, и коленопреклоненное население замерло в безвольном оцепенении под гипнозом новостей и ритмичной музыки.
Только вот партизаны, как ни странно, на Руси так и не перевелись, те, которые не слушают толерантный бред «громкоговорителей», но зато отчетливо и ясно слышат, как Родина-мать зовет.


https://narzur.ru/ehto-netolerantnoe-slovo-okkupacija/
Tags: Такая жизнь
Subscribe

  • Изнанка пандемии

    Изнанка пандемии Роспотребнадзор сообщил, что в РФ за время "пандемии" провели более 200 млн тестов на коронавирус. По опыту моих…

  • Приходящие... уходящие.....

    Приходящие... уходящие..... Приходящие... уходящие..... Люди в жизни, как поезда... Лицемерные, настоящие, На мгновение... навсегда...…

  • Люди дешевеют, вещи дорожают…

    Люди дешевеют, вещи дорожают… Люди дешевеют, вещи дорожают… Просто бездуховность в мире процветает. Уточкою губы,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment